Interactive Children's Books
MENÜ

Первая футболка! #ГеррМафродит

У Меты Морфоз есть тётка — Герр Мафродит, — подходяще, правда же?
Вот такую футболку мы подготовили к отправке жертвователю нашей краудфандинговой кампании на Startnex.de Мартину.

T-Shirt Herr Maffrodit

#MetaCrowd: расскажи свою историю о встрече с Метой Морфоз и её родственниками по линии Петера Хакса!

Одно время тут было затишье – мы были в отпуске на пасхальные каникулы, что пошло всем на пользу… Но вот Мета Морфоз вернулась и заявляет о себе!
Все фаны и жертвователи: «Кто уже знаком со мной? Когда мы с вами встретились? Знакомы ли вам мои родственники по линии Петера Хакса? Расскажите об этом!»

Um Meta ranken sich bereits so viele Geschichten ...  (c) Daktylos Media
Вокруг Меты уже есть много историй …
(c) Daktylos Media

Некоторые из вас уже рассказали  нам, о своих детских впечатления от чтения «Мета Морфоз» или других историй Петера Хакса, или о том, как уже со своими детьми наткнулись на этих книги.
Ульяна Вольф, которая перевела для нас «Мета Морфоз» на английский, уже положила начало в Daktylos Media блоге – пару недель назад мы опубликовали интервью с ней, где она рассказывает о том, что «Мета Морфоз» значит для неё.
Мы хотим создать #MetaCrowd – ощутимый и большой круг любителей Мета Морфоз. Поэтому сейчас мы собираем истории о первой встрече с Метой Морфоз и будем публиковать их одну за другой в нашем Daktylos Media блоге. Достаточно будет написать свою историю в пару-тройку строк и отправить её нам. Расскажите о нашей акции другим, чтобы было видно, сколько людей связаны с Метой и Петером Хаксом!< Присылайте свои истории (от 500 до 1500 знаков) на nick@daktylos-media.com!

Daktylos Media на Лейпцигской книжной ярмарке 2014

«Лишь App-etizers?» Daktylos Media участвовал на Дейпцигской книжной ярмарке 2014. Анна Буркк (Daktylos Media), Карен Им (Stiftung Lesen) и Хенрике Фридрихс (University of Bielefeld) обсуждали, каким выгдадит хорошее книжное приложение для детей. Дискуссию вел журналист Рене Вагнер.

Daktylos-Media-Leipzig-2014

«Дети? Я их совсем не знаю». О Петере Хаксе как о детском писателе

Наше первое книжное приложение для «айпадов» и планшетов на Android мы сделали по сказке Петера Хакса Мета Морфоз. В интервью Daktylos Media издатель д-р Матиас Оме рассказал о Петере Хаксе и его удивительных текстах для детей.

Peter Hacks, 1976. Foto: Bundesarchiv
Петер Хакс, 1976, фото: Федеральный архив Германии

Daktylos Media (DM): Где и как Вы познакомились с Петером Хаксом?

Матиас Оме (МО): Как поэта я знал его с давних времен, но лично познакомился достаточно поздно. Это произошло, когда я возглавил издательство Eulenspiegel, то есть, где-то в 1994 году. В то время я старался заманить Хакса как автора к себе в издательство. Это удалось не сразу, но Хакс был очень дружелюбным, открытым человеком, и серьезно интересовался, как идут дела у нашего старого восточногерманского издательства. У меня сложилось впечатление, что наши с ним встречи и беседы как в издательстве, так и у него дома на Шёнхаузер-аллее или на даче отличались взаимной симпатией и пониманием. Он был заинтересован в том, чтобы публиковаться у нас.

DM: Чем Вам особенно запомнился Хакс?

МО: Я назову сейчас лишь одну сторону его личности, но ее не стоит недооценивать: мне показалось, что он был невероятно любознательным человеком. Он любил, когда ему рассказывали новое о разных людях и вещах, будь то издательские дела, насущные политические события или просто окололитературная жизнь; главное, чтобы информация была актуальной. Всё остальное ему быстро наскучивало. И, естественно, на всё
у него имелось собственное суждение; я не говорю «мнение», потому что чаще всего это было нечто более веское, чем просто мнение.

T. liest Geschichten von Henriette und Onkel Titus, zweite Auflage des Kinderbuchverlags 1982 (c) Daktylos Media
Т. читает рассказы о Генриетте и дяде Титусе. Второе издание книги, выпущенное детским издательством в 1982 году (c) Daktylos Media

DM: Хакс, у которого не было своих детей, писал чудесную детскую литературу. Что, на ваш взгляд, делает эти тексты такими нестареющими и сильными?

МО: В них нет сюсюканья, они не поучают, в них глубоко заложена понятная логика и остроумный смысл, это детям очень нравится. Истории Хакса отличаются крепкими и богатыми сюжетами, ясным и оригинальным языком, и при этом – глубокой поэтичностью. Персонажи чрезвычайно твердо высказывают свои суждения и жизнерадостную волю к действию. Такая литература пригодна не только для кризисов и периодов исторического упадка, она подходит для любой эпохи. «Прекрасное пленяет навсегда».

DM: Вы знаете, что сочинение рассказов для детей значило лично для Хакса, какое место они занимали в его жизни, что он с этим связывал?

МО: Об этом он сам рассказал в своей статье «Что такое драма и что такое ребенок?», лучше не сформулируешь. Полагаю, с точки зрения литературно-эстетической ему было не так важно писать именно для детей, поскольку его тексты – словно цветы, выросшие «на обочине» поэзии. Но, с другой стороны, «шлифовать» детские тексты было ему явно очень по нраву. Не секрет, что этот великий драматург время от времени писал и стихи, и рассказы. Кроме того, он обладал высокоразвитым чувством жанра, так что ему было ясно – определенные вещи можно обсуждать только в повествовательных форматах детской литературы.

Однажды в 1977 году, отвечая на вопрос восточногерманского детского издательства, как это у него так хорошо получается писать для детей и понимать их, Хакс сказал:

Меня спрашивают: «У вас, разумеется, есть дети?» Я отвечаю: «Нет». Спрашивают: «Тогда откуда вы их знаете?». Говорю: «Я их совсем не знаю». Спрашивающий удивляется, и следует очередной вопрос: «Но, кажется, вы их любите!» Что же тут непонятного? У меня нет детей и, следовательно, я их не знаю. По этим двум причинам мне нетрудно сохранять хорошее мнение о них.

DM: Рассказы Хакса, такие как «Мета Морфоз» или «Истории о Генриетте и дядюшке Титусе» – результат игры с языком и смыслами. Порой они кажутся абсурдными. Можно ли сказать, что в детской литературе ГДР существовала абсурдистская традиция повествования, такая же, например, как в англоязычном мире или в раннем СССР? Или Хакс представляет собой единичный случай?

MО: Полагаю, что сходство чисто внешнее. Фантазийное творчество Хакса не укладывается в категорию абсурдного. Хакс действительно единичный случай, как я считаю, но он определенно опирался на реализм; возможно, полнота, плодотворность его понимания реализма и обусловила уникальность его творчества. Всё, что нам кажется очень фантастичным, да и просто абсурдным, например медведь, произносящий торжественную речь на балу у лесников – это истории, наполненные реальностью и ориентированные на реальность, сочетающие шутку и скрытый смысл, и дети ни за что не променяют их на обычную занудную детскую книгопродукцию с назидательными антропоморфными персонажами. В этом плане у детей безошибочное чутье.

Der Bär auf dem Försterball. Illustrationen von Walter Schmögner (c) Eulenspiegel Verlag
«Медведь на балу у лесников». Иллюстрации Вальтера Шмёгнера
(с) издательство Eulenspiegel

DM: Одна российская команда разработчиков, которой мы предложили программировать приложение «Мета Морфоз», отказалась с нами сотрудничать: они не захотели иметь ничего общего с «гермафродитами».
Возникали ли когда-нибудь раньше проблемы с рассказом
«Мета Морфоз»?

MО: Довольно забавная ситуация с отказом, хотя и не только забавная. Нет, такого рода факты мне неизвестны, хотя творчество Хакса с самого начала периодически вызывало протесты, и его тексты для детей – тоже. В основном претензии предъявляли учителя, как настоящие, так и самозваные, у них тексты Хакса вызывали трудности. Но вот с подобным системно выработанными предрассудками я раньше не сталкивался, хотя это и не более, чем предрассудки. Я не знаю, есть ли тут что-то, что можно обсуждать на уровне обществе. Не надо забывать, что ребенок из ГДР было намного «просвещеннее» западногерманского – и не в последнюю очередь благодаря Хаксу!

DM: Большое спасибо, что Вы нашли время для этого интервью!


Matthias Oehme, Geschäftsführer des Eulenspiegel Verlags und Peter Hacks Verleger. Foto: Simone Uthleb (c) Eulenspiegel Verlag
Матиас Оме, директор издательства Eulenspiegel и издатель Петера Хакса.
Фото: Симона Утлеб
(c) издательство Eulenspiegel

Доктор Матиас Оме, род. в 1954, литературовед и директор издательства. Изучал германистику в Лейпциге, в 1984 защитил докторскую диссертацию по драматургии и теории драмы у позднего Шиллера. В 1993 году вместе с Жаклин Кюне возглавил издательства Das Neue Berlin и Eulenspiegel, которые продолжили деятельность, объединившись в одну новую фирму. Время от времени занимается изданием Гердера, Шиллера, Брехта, Хакса и др.

Стартовала первая фаза краудфандинга Meta Morfoss App!

Startnext-banner

С сегодняшнего дня стартует наша краудфандинговая кампания на немецкой платформе www.startnext.de/meta-morfoss-app. C помощью всенародной финансовой поддержки мы хотим завершить разработку нашего книжного приложения Мета Морфоз.
Первая фаза кампании — привлечение внимания к проекту и регистрация так называемых фанов.

Ниже долгожданное видео с нашим обращением! Там ещё можно посмотреть как работает прототип.

Поддержите наш проект, чтобы замечательный рассказ Петера Хакса «Мета Морфоз» появился в виде уникальной книги-приложения для детей и просто любителей литературы!
На то есть множество причин, и вот некоторые из них:

  1. Наше приложение Мета Морфоз сочетает в себе первоклассную литературу (никаких адаптаций или пересказов) с оригинальными иллюстрациями и отличным дизайном.
  2. . Мы придумали новый формат для книги-приложения — «квест-читалка». Анимированные иллюстрации в нашем приложении не отвлекают от чтения, но активируются только в процессе чтения текста.
  3. Приложение можно читать на трёх языках — немецком, английском или русском. Если мы наберём денег больше, чем запланировали, то сделаем ещё переводы — например, на французский и испанский.
  4. По-русски практически не предлагаются инновационные книги-приложения для школьников, как и вообще приличные приложения для этого возраста. Наше приложение — для детей с восьми лет, и дальше без ограничений. Мета Морфоз будет интересна всем любителям и ценителям литературы.
  5. Наш оригинальный эксперимент должен соединить в себе удовольствие от чтения и удовольствие от технологий.

И теперь нам нужны ВЫ: заходите на www.startnext.de/en/meta-morfoss-app и становитесь нашими фанами (зелёная кнопочка справа от видео «Become a fan»). Нам нужно набрать 100 фанов, прежде чем начать сбор денежных средств. При этом фан нашего проекта не обязан быть нашим жертвователем. Вы можете стать фаном и без регистрации на startnext.de — зарегистрировавшись через свой профиль в Фэйсбуке или Гугль+.

С кем мы работаем. Часть 1 — Иллюстратор

Когда мы определились с текстом приложения и решили, что это будет Мета Морфоз Петера Хакса, следом возник очевидный вопрос: какими должны быть иллюстрации? Ещё не имея чёткой структуры приложения, мы понимали, что книжка будет с картинками. И мы стали искать. Сайт illustrators.ru — отличный ресурс: можно задавать параметры поиска. Например, умение работать в векторе (тогда ещё мы думали, что это важно для приложений), или какая-то конкретная техника, или манера. Смотрели и на других ресурсах — также хорошо behance.

Вообще выбрать иллюстратора для книги, это как выбрать адвоката, няню или зубного врача — надо в известной степени довериться. Мы нашли около десяти претендентов. Была даже идея сделать конкурс. Но когда сидишь вдвоём перед монитором и перелистываешь картинки, решение появляется моментально, на одной волне. И, практически без обсуждений, мы чуть ли не в один голос говорили: неееет, это не то. Или, нууууу, давай отложим. Так мы отсеивали и откладывали, пока не остался один - Максим Литвинов aka Кclogg

(c) Max Litvinov aka Kclogg
(c) Max Litvinov aka Kclogg

(c) Max Litvinov aka Kclogg
(c) Max Litvinov aka Kclogg

Всё сложилось в целостную картину —  неповторимая манера, неутомимая фантазия, позитив, а также технические знания и навыки в анимации — всё это нам и понадобилось.

А параллельно мы работали над структурой и идеей приложения. Так иллюстрации появились на каждой странице (экране) и соединились с текстом во взаимосвязанный интерактивный механизм.

Сториборда ещё не было, мы читали и перечитывали текст Хакса, смотрели и пересматривали портфолио Максима, и сомнений не оставалось. Время от времени мы возбуждённо говорили: вот, представь как он сделает учителя Паули! Или: вот, смотри — Мета должна быть такой!!!

Теперь-то мы понимаем, что иллюстрации рождаются во время работы — совместной работы. Работая над прототипом вместе с Максимом, мы нащупывали подходы друг к другу — искали общий язык, общую волну, пытаясь совместить два представления — нашего,  как авторов идеи; и его, как автора иллюстраций.

Определённая специфика удалённой работы — невозможность мгновенной коммуникации — имеет оборотную сторону: учит чётче излагать задание и давать ясные определения. Тем не менее именно такой способ работы нравится и нам, и нашей команде. Для нас это гибкость — на проект можно пригласить того, кто больше подходит. Ну, а преимущества фрилансеров — очевидны.

Meta Morfoss sketch (c) Daktylos Media
Meta Morfoss sketch (c) Daktylos Media

Над некоторыми персонажами пришлось попотеть — мы долго искали, какой должна быть Мета, или её тётка Мафродит. А мусорщик Карсунке и учитель Паули нашлись моментально. Интересно , что желая создать в приложении некоторый винтажный налёт, мы много времени потратили на поиск подходящих костюмов.
Впереди непочатый край работы — пока что мы сделали только прототип — два работающих экрана (из двадцати). Так что, пожелайте нам удачи!!!

Мы пропагандируем культуру

«Разруха не в клозетах, а в головах», вывел формулу социальных потрясений профессор
Преображенский. В попытке гендерной самоидентификации, российское общество ищет, а порой и находит в совсем неожиданных местах, собственное отношение к гомосексуальности и не только.

Причём здесь детская книжка ГДРовского писателя Петера Хакса сорокалетней давности, спросите вы? Оказалось, что тема метаморфоз, или, если угодно, Метаморфоз, может широко трактоваться. Нужно только разрешить себе проводить подобные ревизии, и окажется, что половина культурного наследия не соответствует вновь принятым критериям морали. А что же может быть аморальнее, чем вся эта языческая античная мерзость? Там ведь не традиционными сексуальными отношениями дело не ограничивалось, там такие извращения случались, что волосы на голове начинают шевелиться. И Овидий, без сомнения, составил сборник всевозможных таких перверсий.

Все это, вкупе с ущербностью классического образования в самом его традиционном понимании, помноженное на новые законодательные инициативы с берегов Невы и рождает разруху в головах. Причём в головах свежих и молодых, где и построено-то ещё мало.

Drawing of parts of the human brain by Leonardo da Vinci wikimedia commons
Drawing of parts of the human brain by Leonardo da Vinci wikimedia commons

Столкновение с иной реальностью настигло нас там, где совсем не ждали — при выработке бюджета! А что, если нам посчитать, состоятельные кроты? С таким настроением мы стали готовить запросы на коммерческие предложения российским программистам — фриленсерам и компаниям. Для наиболее точного понимания мы написали сториборд, где вся история разложена постранично, все сцены расписаны, все действующие лица обозначены. Есть в рассказе у нашей главной героини тётка — сестра матери — по имени Мафродит. Герр Мафродит. Она любит вязать на спицах и у неё усы. Казалось бы, нам нужно было насторожиться, но мы беспечно веселились, обсуждали тонкую игру смыслов и фантазию Хакса. Отправив пяток запросов, стали ждать. И дождались: «Ник, привет! Прочитали. Мы совершенно не толерантны к гермафродитам и т.п., никто в команде не хочет таким проектом заниматься…»

Mosaic of Hermaphroditus, North Africa, Roman period, 2nd-3rd century AD wikimedia commons
Mosaic of Hermaphroditus, North Africa, Roman period, 2nd-3rd century AD wikimedia commons

Знали бы Гермес и Афродита, что команда петербургских разработчиков приложений для мобильных устройств не толерантна к их сыну — какая жуткая участь постигла бы их???
А ведь таких “знатоков” античной мифологии в России много.

Неужели интерактивная книга про девочку Мету Морфоз, которая могла превращаться во что угодно, может быть признана неблагонадёжной?